Касса +7 (3012) 23-50-10

Театральный критик Владимир Спешков о театре имени Н. А. Бестужева: «То, что вы делаете, – это живое искусство»

23 февраля столицу Бурятии посетил театральный критик, обозреватель информационного портала МедиаЗавод, автор «Петербургского театрального журнала», «Театра», «Экрана и сцены» и других общероссийских изданий об искусстве, неоднократный член экспертных советов и жюри престижных театральных фестивалей Владимир Спешков, чтобы посмотреть спектакль Сергея Левицкого «Ричард III». Постановка по пьесе Уильяма Шекспира режиссера и художественного руководителя ГРДТ им.Н.А.Бестужева участвует в конкурсном отборе Российской национальной театральной премии «Золотая Маска-2019».

Перед показом мы встретились с Владимиром Георгиевичем и поговорили о том, что ждет «Золотая Маска» от российских театров в грядущем сезоне и лично Владимир Спешков от «Ричарда III» и Сергея Левицкого.

 

– Владимир Георгиевич, вы не первый раз в Бурятии, и у вас уже сложилось впечатление о наших театрах?

 

– Достаточно полное впечатление. Бурятия занимает заметное место в российском театральном процессе. Это национальная республика, здесь есть свой колорит и своя особая культура, что всегда вызывает интерес, потому что это отдельная краска, скажем так, в палитре общероссийской культуры, в том числе и театральной.

Я больше десяти лет связан с национальным фестивалем и национальной премией «Золотая Маска», и в бурятских театрах всегда были работы, которые вызывали интерес, именно как спектакли, имеющие значение для театральной культуры России, а не только для республики Бурятия. И в Бурятской драме, и в Русском драмтеатре, особенно последние три года, когда Сергей Левицкий начал здесь свою очень интересную и разнообразную деятельность. И театр кукол всегда был на слуху и неоднократно получал «Золотые маски». Первый раз я был здесь еще на фестивале «Сибирский транзит», тогда здесь были разные театры, но я помню и впечатления, связанные именно с бурятскими коллективами. Бурятия – это регион, от которого каждый сезон ждешь чего-то интересного.

 

– С труппой Русского драмтеатра более плотно вы познакомились на фестивале «Реальный театр» в Екатеринбурге, куда театр Бестужева привез «Любовь людей»?

 

– Да, я помню спектакль «Любовь людей». Его поставил режиссер Павел Зобнин. Это было очень серьезное, глубокое впечатление. Тогда эта пьеса так широко не шла, как сейчас, поэтому это было и открытие пьесы, и одна из лучших работ Павла Зобнина, очень серьезного режиссера. Многие клянутся, как Библией, традиционным психологическим театром, но очень многие подразумевают под этим непонятно что. И очень часто то, что выдают за этот театр, – это такое чучело, муляж. А Павел Зобнин – это один из тех немногих режиссеров, работы которого _ образец подлинного психологического театра. И в спектакле «Любовь людей» было много настоящего. Притом, что эта глубокая традиция психологического театра пересеклась с совершенно новой драматургией. Очень жесткой, в чем-то очень страшной. Но тем не менее это было органично, и был очень серьезный, качественный актерский ансамбль.

 

– А знакомство с режиссурой Сергея Левицкого началось со спектакля «Фронтовичка»?

 

– Чуть меньше трех лет назад мы с моими коллегами, театральными критиками Татьяной Джуровой и Еленой Груевой приехали смотреть «Фронтовичку» для «Золотой Маски». И это было настоящее открытие режиссерского имени и открытие труппы.

Эту пьесу уже ставили, уже тогда был спектакль Николая Коляды, тем более что это пьеса его ученицы Анны Батуриной. Но у Сергея Левицкого совершенно особенная работа. Это настоящая большая форма, настоящий спектакль большого стиля, в котором чувствуется дыхание эпохи, дыхание времени. Это спектакль острой формы и очень острой эмоции. Я помню, мы приехали в Москву и сказали коллегам: «Да, это открытие нового режиссерского имени». Потом спектакль прозвучал на разных фестивалях, и имя запомнилось.

Сергей с тех пор сделал много интересного, и не только у вас. Я видел запись его спектакля в Уссурийске «Калека с острова Инишмаан» по М. МакДонаху. Это тоже поиск совершенно особенной формы, которая непросто дается уссурийской труппе. Я ее знаю, и она привыкла к совсем иному. Но он интересен, этот поиск. Сейчас Сергей делает спектакль в Новосибирске, в «Красном факеле», по не слишком репертуарной пьесе Андрея Платонова «Дураки на периферии». Судя по рассказам актеров, работа идет интересно.

Сергей Левицкий – это режиссер со своим видением мира, со своими представлениями о том, что такое современный театр. Режиссер, который не обслуживает интересы публики, привыкшей к чему-то. Это известный закон театра: зрители, как правило, в 99% случаев хотят видеть знакомое, а не открывать что-то новое. И когда художник, у которого есть свое представление о том, как это должно быть, открывает что-то новое, это дается непросто – и в работе с коллегами, и в общении с публикой. А ведь это самое интересное, когда приходит человек, открывающий новые миры. Это хорошо, что он появился здесь – в этом театре и в это время.

 

– Когда эксперты осматривают тот или иной спектакль в региональном театре, делают ли они скидку на то, что он создавался в провинциальном театре?

 

– По большому счету нет. Это железное правило «Маски». Мы в каких-то разговорах всегда готовы сказать, что надо бы поддержать художника или театр, который живет в других условиях, чем Москва или Петербург. Но, когда мы формируем афишу, то  исходим только из качества спектаклей.

«Золотой маска» – это все-таки такая высшая театральная лига, здесь должны быть спектакли без всяких скидок на внехудожественные обстоятельства. Как Диоген ходил с фонарем и искал человека, так и все мы, эксперты «Маски», за год проезжаем всю страну, от Петропавловска-Камчатского до Калининграда, и обязательно находятся работы в провинции, в том числе почти всегда в национальных театрах, которые вполне выдерживают конкуренцию по художественному качеству.

В российской провинции есть несколько мест силы, притом, довольно многие из них на Урале и в Сибири, которые неизменно вызывают интерес. Несколько лет назад дискутировался вопрос, не сделать ли отдельно «Маску» для столицы и отдельно для провинции. Я был категорически против, это такое очень неправильное разделение. Конечно, для того, чтобы сравняться с Бутусовым, Могучим или кем-то еще из столичных мастеров, провинциальный театр должен совершить творческий подвиг, прыгнуть выше головы. Но зато, когда это происходит, это огромное событие. И в Воронеже есть Бычков, в Ярославле – Марчелли, в Новосибирске – Кулябин и театр «Старый дом», в Красноярске – Рыбкин, у вас есть Левицкий, и театр бурятской драмы, и театр кукол.

 

– Что ждет «Золотая Маска» от российских театров?

 

– Хороших спектаклей! И самых разных. Все эти разговоры о том, что сейчас модно, что в тренде... Я недавно в Красноярске читал лекцию о современном российском театре кукол, которым много занимаюсь. И, чтобы проверить свои ощущения, перед этим был в Петербурге в гостях у театроведов, знатоков театра кукол Анатолия Кулиша и Арины Шепелевой. Мы долго беседовали и пришли к выводу, что главная тенденция состоит в отсутствии тенденций. Сейчас очень много разного, просто это разное бывает талантливо, а бывает совсем даже нет. Поэтому «Маска» ждет самых неожиданных спектаклей, или ожиданных, так как бывают мастера очень предсказуемые, но и у них есть взлеты. Ваш Сергей Левицкий, как я вижу, очень разнообразен в своих исканиях. И это замечательно. Пока человек молод, он должен искать, успеет еще стать мастером определенного канона.

 

– А что Вы ждете от «Ричарда III»?

 

– Я видел запись спектакля, поэтому я понимаю, что это интересно. Но запись и живой спектакль – это часто совершенно разные впечатления. Сейчас важно понять, как живет спектакль во времени, как он входит в плоть и кровь актера, как его слушает ваш зрительный зал. Это всегда очень существенно, поскольку это взаимозависимые вещи. Этот спектакль в записи уже посмотрели два экспертных совета: «Золотой Маски» и фестиваля «Ново-Сибирский транзит». Я настоял, чтобы меня послали на этот личный просмотр, потому что даже у профессиональных зрителей, которыми являются эксперты, оценки достаточно полярные. Но, с моей точки зрения, это признак некого качества спектакля, признак того, что он живой, раз он будоражит и раскалывает. Причем, раскалывает вовсе не так, что традиционалисты говорят «ужас», а любители новаций – «прекрасно». Нет, по каким-то другим, разнообразным критериям, поэтому мне надо проверить эти впечатления «живьем». И я жду спектакля, который не оставит меня равнодушным.

 

– Что бы Вы хотели пожелать театру, труппе?

 

– Очень хочется, чтобы ваша замечательная, хорошая, разнообразная труппа не теряла веры в то, что она делает. Я вижу, что Сергей пытается сделать прививку другого театра, другой эстетики. Но театр – это долгое дело, это не происходит быстро. Я много лет слежу за Пермской драмой, сейчас она называется Театр-Театр. Когда туда пришел новый творческий лидер Борис Леонидович Мильграм, он коренным образом переменил эстетику театра. Но потребовалось пять лет, чтобы зрительный зал не то, чтобы поменялся. Нет, он не поменялся, он в значительной мере остался тем же. Но он стал воспринимать это не как что-то диковинное, что пройдет, а как что-то, что пришло  надолго, и это интересно, это надо смотреть. Сейчас публика ему доверяет и принимает все, что происходит. Но для первого завоевания понадобилось пять лет работы. И это было только начало. Поэтому желаю терпения, веры в свои силы и своего творческого лидера. То, что вы делаете, – это живое искусство.

 

 

Беседовала Юлия Федосова

Опубликовано:
2018-02-28 14:57:00