Евгений Винокуров: «Если актер не запомнил роль, значит, он плохо сыграл ее»

Опубликовано:
2016-02-24 16:33:00

На днях в Бурятию пришла радостная и волнующая для театралов новость. С 24 по 26 февраля Улан-Удэ вновь посетят известные театральные критики — члены экспертного совета престижного фестиваля «Золотая маска».

Они прибудут в наш город, чтобы вживую увидеть спектакли трех театров — в том числе «Анатэму. Посвящение кино» Русского драматического. Накануне этого события исполнитель одной из главных ролей в нашумевшем хорроре актер Евгений Винокуров рассказал корреспонденту «МК» о мистике в постановке, работе с худ-руком Сергеем Левицким, трудностях актерства и, конечно же, перипетиях своей удивительной жизни.

— Евгений Александрович, насколько знаю, ваш путь на сцену был весьма необычен. Каким же образом вы оказались на театральных подмостках?

— Совершенно случайно! В то время я работал в государственном банке СССР и играл в музыкальном коллективе в Братске. Инструменты у нас были, а вот аппаратуры не было. И тут товарищи узнали, что она есть в Братском драматическом театре — причем хорошая, чешской фирмы «Tesla» — и сказали: «Надо идти туда!». Но чтобы выдать нам аппаратуру, требовалось закрепить ее за кем-то, кто работал бы в театре, а, значит, кому-то из нас нужно было устроиться туда. Выбор пал на меня. Так в 1988 году я был принят актером второй категории. Мы написали музыку и поставили спектакль по «Сказке про правду и ложь» Джанни Родари. Однако по разным причинам через полгода почти все актеры, кроме троих, разъехались, музыканты разошлись, а я остался в театре.

— И что стали делать после ухода коллег?

— Спустя год директор вызвал меня и спросил: «Почему ты у нас числишься, но ничем не занимаешься? Поработай хотя бы техником-радистом!». И я сел за магнитофон и три года делал звук для спектаклей. Как-то в одном из них из-за дефицита актеров меня попросили выйти на сцену с подносом и подать кофе, а в другом из-за отказа актрисы по личным обстоятельствам — сыграть роль петуха. После этого режиссер сказал: «Женя! Детская сказка — это высший пилотаж, потому что детей нельзя обмануть! И ты успешно прошел это испытание!». Так я и стал актером.

— Невольно напрашивается вопрос: как из Братского вы попали в Русский драматический театр?

— Тот театр потихоньку угасал. Труппа и директор сменились, и эти перемены не нравились мне. Хотел уйти. Даже позвонил режиссеру Сергею Болдыреву, который ставил четыре спектакля в Братске, и попросил его забрать меня. Собирался уехать через неделю и уже сидел на чемоданах, когда главный режиссер Павел Мясников ушел от нас и увез с собой одного актера. А в маленьких городах, в маленьких театрах в спектаклях обычно занята вся труппа. И если увести оттуда одного-двух артистов, можно остановить весь репертуар. Поэтому я не смог уехать. Не смог бросить коллег. А через некоторое время приехал на фестиваль в Улан-Удэ и увидел ваш — теперь уже и мой театр — огромный, красивый. И подумал: «Почему бы и нет?». Позвонил знакомой актрисе, которая работала здесь, попросил посодействовать. И вскоре встретился с Анатолием Баскаковым, поговорил с ним, показал репертуарный лист и вернулся к новому сезону. И вот с 2012 года я тут (улыбается).

— Какие роли и чем запомнились вам больше всего?

— Я сыграл 45 ролей в Братском драматическом театре (среди них — Жевакин в «Женитьбе» по Гоголю, Сарафанов в «Старшем сыне» по Вампилову, Петруччо в «Укрощении строптивой» по Шекспиру) и уже 14 — в Русском (в их числе Клавдий в «Тени Гамлета» по Стоппарду, Дэвенпорт в «Смешных деньгах» по Куни и Дровосек в «Звездном мальчике» по Уайльду). Запомнились все. Ведь если ты не запомнил роль, значит, плохо сыграл ее. Но, конечно, отчетливее всего помню самые первые и оттого самые сложные для меня спектакли — например, «Босиком по парку» питерского режиссера Кирилла Филимова — в первую очередь потому, что именно благодаря ему узнал о таком явлении, как «белый лист». Поясню. Я был совсем юным актером — примерно 26-27 лет и во время одной сцены, где юноша выясняет отношения с девушкой, внезапно и начисто забыл, что дальше должен делать и говорить — как в ступор впал! Выбежал за кулисы, и пока партнерша заполняла паузу, посмотрел текст. К счастью, все закончилось благополучно!

— А что вы можете сказать о спектаклях Русского театра, где сыграли?

— Роль помещика Ивана Великатова в «Талантах и поклонниках» Артема Баскакова мне очень понятна — правда, у меня нет такого богатства, как у него (смеется)! Роль в «Дежавю» Сергея Левицкого очень интересна. Я много знал и слышал о жертвах политрепрессий и, конечно, детях «врагов народа», и при подготовке к постановке брал вербатим (интервью) у одного из них. Мы беседовали около двух часов, и он рассказал о своей жизни и расстреле отца. К сожалению, из-за большого объема это интервью не попало в спектакль. Но полную его версию сохранили. И, наконец, роль в «Анатэме. Посвящение кино» того же Сергея Левицкого вообще — исключительна и просто судьбоносна! Ранее я играл подобного персонажа в двух спектаклях в Братске. В одном — раз десять (первый — чуть ли не сразу после операции), а во втором — «С любимыми не расставайтесь» — и того больше. Как помню, с первым звонком выходил на сцену, садился в кресло и наблюдал за зрителями. Они тоже сначала смотрели на меня, потом отвлекались, а когда гас свет и зажигались софиты — снова смотрели. Такая задумка была. Ну, а недавно снова сыграл нечистую силу (хотя для меня это больше человек) в Улан-Удэ. Причем сначала был назначен на второстепенную роль, а потом — очень внезапно — на одну из главных — Анатэмы (одно из имен дьявола). Выходя с репетиции, Сергей сказал мне: «Женя, учи слова». Конечно, я не смог отказаться. И, судя по тому, что не получил нареканий, справился неплохо. Вообще работа с нашим худруком — не только серьезный экзамен, но и огромное удовольствие. Он великолепный режиссер, отличный руководитель и очень принципиальный человек.

— Не секрет, что во время съемок фильмов «Вий» или «Мастер и Маргарита» происходили необъяснимые, а порой и жуткие вещи. А на показах спектакля «Анатэма. Посвящение кино» было нечто подобное?

— Да! Например, на одном из них в моем кармане лежала коробка от портативного микрофона с двумя батарейками. Для защиты от воды (которая, как известно, льется во время одной из сцен) ее обернули в целлофановый пакет. И вот каким-то загадочным образом батарейки вылетели из коробки и оказались в пакете, а крышка захлопнулась! Как такое возможно! Когда я обнаружил это, то крайне изумился! Главное, никто даже не подходил ко мне, а, значит, не мог подшутить. Просто мистика!

— Ваши планы и ожидания от текущего сезона?

— Что любит артист? Успех у публики, гастроли и фестивали! И то, что мы в 2016 году участвуем во внеконкурсной программе престижной премии «Золотая маска» — «Маске плюс» с «Фронтовичкой» в Москве, несомненно, радует. Лично я в 2013 году участвовал в VIII международном театральном  фестивале «Встречи в Одессе» со спектаклем «Жанна» по пьесе Ярославы Пулинович в Одессе. И в том же году — в IX международном театральном фестивале современной драматургии им. А.Вампилова со спектаклем «Вечерний звон» в Иркутске. Это были очень яркие впечатления и поистине бесценный опыт.

 

Роксана Родионова, "Московский Комсомолец в Бурятии" от 24.02.2016

В ближайшее время спектакль не состоится, следите за афишей.