В 40 лет жизнь только начинается - бурятский актёр Николай Брагин

Опубликовано:
2017-01-25 00:02:00

28 января в Государствен­ном русском драма­тическом театре им. Николая Бестужева со­стоится бенефис Николая Брагина, посвященный 20-летию его служе­ния в театре. О своей жизни и твор­честве артист рассказал корреспон­денту газеты «Бурятия».

- Cреди ваших полных тёзок есть Герой Советского Союза Николай Брагин из Твери, есть депутат Тю­менского муниципалитета, есть док­тор экономических наук, профессор Московского государственного по­литехнического университета. Есть бизнесмены, рабочие и спортсмены, а вот артистов с такими же именем и фамилией в Интернете не удалось найти. Видимо, вы единственный. Расскажите, пожалуйста, как вы пришли в профессию?

- Брагиных, действительно, очень много в разных городах, я знаю, что в Иркутске был когда-то артист, толь­ко не Николай. Среди моих родствен­ников артистов нет, хотя есть люди, работавшие в театре, недавно в наш драмтеатр устроилась завреквизитор­ским цехом моя жена Юлия. Очень хо­рошо теперь, есть кому позаботиться об обеде (смеётся).

Объявление о наборе в актёрскую группу увидела моя мама и предло­жила мне попробовать. Когда-то я за­нимался в театральном кружке в Ок­тябрьском доме пионеров, мне было интересно участвовать в разных ме­роприятиях, особенно в новогодних праздниках – нас снимали с уроков, это была настоящая сказка.

Мои родители никакого отноше­ния к театру не имели, только ба­бушкина сестра работала в театре бухгалтером, а её муж – артист Лео­нид Калиниченко. Он играл в нашем театре, но это было ещё до пожара в старом здании. Папа моей тёти до во­йны был главным администратором, а другой дядя работал осветителем в театре, который в то время распола­гался на улице Ленина.

Мама была заядлая театралка, хо­дила на все спектакли и меня с собой водила. В детстве я особенно любил ходить в оперный театр, перед нача­лом спектакля мне нравилось загля­дывать в оркестровую яму и вдыхать удивительный запах музыкальных инструментов. Очень любил оперет­ты, особенно Кальмана, Штрауса.

- А вы никогда не мечтали стать артистом музыкального театра?

- Были такие мысли, даже педагог из Академии культуры мне упорно предлагала посвятить себя музыке. Когда она узнала, что я не знаю нот, была очень удивлена. В школьные годы к нам в город из Иркутска при­возили спектакль «До свидания, ов­раг!». Это рассказ о брошенных соба­ках, которые вынуждены выживать на помойке, он сильно запал мне в душу. Считаю, что именно такие спектакли надо показывать нашей молодёжи. Сейчас столько жестокости вокруг нас. Новости смотреть невозможно – убийства, суициды. Мы перестали по­казывать хорошее, а у молодёжи дол­жен быть позитив.

- Среди ваших ролей много по­зитивных и в детских спектаклях, и во взрослых. За 20 лет творче­ской деятельности вы исполнили Дядю Ваню в спектакле «Поющий поросёнок» Сергея Козлова, Малы­ша в «Малыше и Карлсоне» Астрид Линдгрен, Василия Тёркина в одно­именном спектакле и множество других ролей. А какая из них ваша самая любимая?

- Мой педагог Татьяна Петровна Кирпичникова всё время говорила: «Не может быть нелюбимых ролей, любая роль должна быть любима. Пусть она тебе не нравится, пусть тя­жело даётся, но ты должен её любить, иначе потом твой персонаж или автор может тебе отомстить или автор бу­дет вставлять палки в колёса. А такое, действительно, бывает. Однажды на репетиции спектакля по пьесе Гоголя у нас в театре внезапно погас свет. Мы сели с режиссёром, осмыслили пьесу и поняли, что куда-то не туда пошли, не согласовали с автором. А делать это надо обязательно. Особенно если в пьесе есть смерть или что-то в этом роде. Артисты по-разному к этому от­носятся, но делать это надо с осто­рожностью, чтобы не притя­нуть к себе негатив.

- Вы суеверный человек?

- Я не говорю, что я суеверный, но если роль упа­ла, все артисты на неё садятся, и я тоже (сме­ётся). Перед выходом на сцену обра­щаюсь за под­держкой к Богу. Мне ба­тюшка объяс­нял, что арти­сты надевают чужие маски и тем самым по­рой вызывают чужие души. У многих артистов в семье что-то нехоро­шее происходит, случа­ются какие-то несчастья, некоторые попадают даже в «психушку». От негатива нужно избавляться. Бывает иногда после какой-то роли становится тя­жело, я в этом случае стараюсь уехать куда-нибудь на природу, в лес, на Бай­кал. Очень люблю выйти в поле, рас­кинуть руки и кричать: «А-а-а!». После этого возникает какой-то позитив, а негатив уходит.

- А на семье накопленный нега­тив не отражается?

- Семье большое спасибо, они меня очень хорошо понимают. В праздни­ки все люди отдыхают, а у нас, к при­меру, новогодняя кампания идёт. В каникулы хочется с дочкой съездить на лыжную базу, а у меня ёлки, потом появляется время, а каникулы уже за­кончились. Чаще большие праздники проходят не с семьёй, хотя очень бы этого хотелось.

- Ваша дочь Диана в этом году за­канчивает школу, она не собирается идти по вашим стопам?

- Она ходила в театральный кружок при Доме творчества, ей там очень нравилось, пока не сменился педагог. Дочка со спектаклями ездила в лагерь «Океан» во Владивосток. Куда будет поступать, пока ещё не решила. Я со­ветовать ничего не буду, считаю, что ребенок сам должен сделать выбор. Главное, чтобы работа была любимая.

- А чем вы занимаетесь помимо театра, есть какое-то хобби?

- Ближе к маю мы вместе с Юлины­ми родителями любим выезжать на дачу, она в черте города, но там свежий воздух, речка рядом, есть бассейн. Мне нравится заниматься выращиванием растений, люблю наблюдать за про­цессом, когда из маленького семечка появляется сначала росток, потом растение, которое плодоносит. Заня­тие прополкой даже успокаивает. Хобби у меня нет, но люблю заниматься с аквариумом – наблюдать зарыбка­ми, за их подводным миром. В этом есть что-то заворажи­вающее.

- Вы уже 20 лет на сцене, вас узнают на улицах. Как вы на это ре­агируете?

- Случа­ется иногда, что узнают. Я к этому от­ношусь нор­мально, при­ятно бывает, особенно когда дети подбегают, они меня знают по сказкам. Помню, мы отдыхали с се­мьёй в Геленджике, в аэропорту меня сначала узнала девочка, а потом и её родители. Подош­ли, спросили: «Вы артист из русского драмтеатра?». Пока ждали самолёт, пообщались с земляками, было очень приятно.

Однажды на гастролях в Абакане какая-то бабушка принесла мне варе­нье и оладушки. Я тогда был очень ху­денький, видимо, ей стало меня жалко. А когда родилась дочка, дарили много игрушек.

Когда тебя узнают, приятно, но не­приятно, когда артистов отождест­вляют с персонажами, которые они исполняют. Хотя бывают и курьёзы - был однажды случай на гастролях: я играл официанта в спектакле «Он, она, окно, покойник». Во время спек­такля из зала кто-то крикнул: «Убить его мало!». Смешно, конечно, ведь в жизни мы самые обычные люди, а не персонажи.

- Среди ваших последних работ – служанка Мэми в спектакле «Усту­пите место завтрашнему дню». Как вы себя ощущаете в женской роли?

- Мой персонаж не столько женщи­на, сколько робот, который изо дня в день выполняет одни и те же движе­ния. Все они механические, никаких эмоций. Было очень смешно, когда мне выдали колготки. Я не знал, как их надевать. Мне объяснили, но у меня они натянулись почему-то только до колен. Потом жена подсказала, что де­лать дальше. А от шпилек я отказал­ся, понял, что сразу упаду, поэтому в спектакле у меня туфли на небольшом каблучке, я бы не сказал, что сложно ходить.

- Вы являетесь активным членом Союза театральных деятелей, за­нимаетесь общественной работой. Расскажите немного об этой сторо­не вашей жизни.

- Мы иногда выступаем в детских домах, но делаем это по зову сердца, поэтому я не люблю афишировать. Перед такими детьми очень тяжело работать, они в каждом мужчине ви­дят папу, а в каждой женщине – маму. Если и стоит афишировать благотво­рительную деятельность, то только для того, чтобы привлечь спонсоров.

Раньше от русского драмтеатра я входил в правление Союза театраль­ных деятелей, а сейчас собираю взно­сы, чтобы вовремя оказать матери­альную помощь коллегам. Помогаем с оплатой лечения, выпуском книг, осу­ществлением театральных проектов. А в нашем профсоюзе я возглавляю детский сектор, наша команда орга­низует новогодние ёлки для детей ра­ботников театра, выезды на природу и так далее.

- У многих ваших коллег есть странички в соцсетях, у вас их нет. Почему?

- Честно скажу, я устаю от компью­тера, это первое. И второе – я пред­почитаю живое общение. Страничка в соцсетях у меня была, но я из неё вышел – меня удивляет, почему сре­ди друзей оказываются какие-то по­сторонние люди, которые вступают с тобой в переписку, задают какие-то ненужные вопросы. Ты вынужден им отвечать, тратить своё время. Если вопросы задают друзья, то, считаю, лучше лично пообщаться, а не вирту­ально. Выставлять на всеобщий показ свою личную жизнь я не собираюсь.

- Вам 40 лет, из них ровно поло­вину вы на сцене. В субботу, 28 янва­ря, состоится ваш бенефис. Чья этот идея?

- Я вообще не хотел никаких празд­ников, потому что в начале декабря про­шлого года не стало моей мамы. А потом мне родственник и знакомые подсказа­ли провести творческий вечер в память мамы, Ирины Брагиной, и я согласился. А наш директор Петр Григорьевич Сте­панов уговорил сделать бенефис. Всё- таки 20 лет на сцене – это срок. А в 40 – жизнь только начинается.

- А почему выбор пал на спек­такль «Месье Амедей»?

- В субботу люди хотят отдыхать, поэтому нам захотелось показать коме­дию. Надеюсь, все останутся довольны. Хочу пожелать вашей газете процвета­ния и хорошего читателя и никому ни­когда не унывать. Всё будет хорошо!

- Спасибо за интервью.

 

Елена Капустина, "Бурятия" от 26.01.2017

В ближайшее время спектакль не состоится, следите за афишей.